Важно Ваше мнение

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 26.06.2003 № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве» определено: «Если взятка в крупном либо в особо крупном размере получена частями, но эти действия представляли собой эпизоды одного продолжаемого преступления, содеянное должно квалифицироваться как получение взятки в крупном либо в особо крупном размере». Для случаев же многоэпизодных злоупотреблений властью или служебными полномочиями, их превышения и бездействия должностного лица подобное правило квалификации нигде не определено. Основываясь на приведенных нормативных разъяснениях указанного Пленума Верховного Суда Республики Беларусь, можно предложить для практического использования формулировку: продолжаемым должностным преступлением, когда допустимы сложение всех размеров ущерба в каждом эпизоде и учет при квалификации общей суммы ущерба, можно считать два (или более) тождественных, т.е. одинаковых, преступных действия (действий), если они совершены при обстоятельствах, свидетельствующих о наличии у лица общей цели и единого умысла на причинение определенного размера имущественного ущерба. Тем самым определяющим для признания нескольких эпизодов должностных нарушений единым продолжаемым преступлением является содержание субъективной стороны: наличие общей цели и единого умысла на причинение определенного размера имущественного ущерба, а не сами по себе общий размер ущерба или частое совершение нарушений. Для определения окончательного размера ущерба допускается сложение сумм стоимости ущерба, причиненного нескольким субъектам, если такой ущерб охватывался единым умыслом. Когда же должностному лицу ни количество эпизодов, ни размер ущерба, который будет причинен в каждом случае, заранее известны не были, при таком неконкретизированном умысле говорить об общей цели и едином умысле на причинение определенного имущественного ущерба, что является одним из обязательных признаков продолжаемого преступления, нет оснований. Поэтому, когда умысел на совершение последующего деяния возникал у лица каждый раз заново, несколько деяний продолжаемым правонарушением не признаются и сложение сумм ущерба, причиненного в результате каждого из них, не допускается. Каждый эпизод с причинением ущерба необходимо оценивать отдельно как самостоятельное деяние - преступление или проступок в зависимости от наличия или отсутствия обязательных признаков состава преступления. Если ущерб по отдельному эпизоду не превышает размер, соответствующий 250 БВ, т.е. не образует крупный размер, при отсутствии существенного вреда и тяжких последствий содеянное вообще не может быть признано преступлением, а образует только должностной проступок. Таким образом, следует закрепить в УК РБ понятия многоэпизодности и продолжаемости преступлений для правильной квалификации.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 26.06.2003 № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве» определено: «Если взятка в крупном либо в особо крупном размере получена частями, но эти действия представляли собой эпизоды одного продолжаемого преступления, содеянное должно квалифицироваться как получение взятки в крупном либо в особо крупном размере». Для случаев же многоэпизодных злоупотреблений властью или служебными полномочиями, их превышения и бездействия должностного лица подобное правило квалификации нигде не определено. Основываясь на приведенных нормативных разъяснениях указанного Пленума Верховного Суда Республики Беларусь, можно предложить для практического использования формулировку: продолжаемым должностным преступлением, когда допустимы сложение всех размеров ущерба в каждом эпизоде и учет при квалификации общей суммы ущерба, можно считать два (или более) тождественных, т.е. одинаковых, преступных действия (действий), если они совершены при обстоятельствах, свидетельствующих о наличии у лица общей цели и единого умысла на причинение определенного размера имущественного ущерба. Тем самым определяющим для признания нескольких эпизодов должностных нарушений единым продолжаемым преступлением является содержание субъективной стороны: наличие общей цели и единого умысла на причинение определенного размера имущественного ущерба, а не сами по себе общий размер ущерба или частое совершение нарушений. Для определения окончательного размера ущерба допускается сложение сумм стоимости ущерба, причиненного нескольким субъектам, если такой ущерб охватывался единым умыслом. Когда же должностному лицу ни количество эпизодов, ни размер ущерба, который будет причинен в каждом случае, заранее известны не были, при таком неконкретизированном умысле говорить об общей цели и едином умысле на причинение определенного имущественного ущерба, что является одним из обязательных признаков продолжаемого преступления, нет оснований. Поэтому, когда умысел на совершение последующего деяния возникал у лица каждый раз заново, несколько деяний продолжаемым правонарушением не признаются и сложение сумм ущерба, причиненного в результате каждого из них, не допускается. Каждый эпизод с причинением ущерба необходимо оценивать отдельно как самостоятельное деяние - преступление или проступок в зависимости от наличия или отсутствия обязательных признаков состава преступления. Если ущерб по отдельному эпизоду не превышает размер, соответствующий 250 БВ, т.е. не образует крупный размер, при отсутствии существенного вреда и тяжких последствий содеянное вообще не может быть признано преступлением, а образует только должностной проступок. Таким образом, следует закрепить в УК РБ понятия многоэпизодности и продолжаемости преступлений для правильной квалификации.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 26.06.2003 № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве» определено: «Если взятка в крупном либо в особо крупном размере получена частями, но эти действия представляли собой эпизоды одного продолжаемого преступления, содеянное должно квалифицироваться как получение взятки в крупном либо в особо крупном размере». Для случаев же многоэпизодных злоупотреблений властью или служебными полномочиями, их превышения и бездействия должностного лица подобное правило квалификации нигде не определено. Основываясь на приведенных нормативных разъяснениях указанного Пленума Верховного Суда Республики Беларусь, можно предложить для практического использования формулировку: продолжаемым должностным преступлением, когда допустимы сложение всех размеров ущерба в каждом эпизоде и учет при квалификации общей суммы ущерба, можно считать два (или более) тождественных, т.е. одинаковых, преступных действия (действий), если они совершены при обстоятельствах, свидетельствующих о наличии у лица общей цели и единого умысла на причинение определенного размера имущественного ущерба. Тем самым определяющим для признания нескольких эпизодов должностных нарушений единым продолжаемым преступлением является содержание субъективной стороны: наличие общей цели и единого умысла на причинение определенного размера имущественного ущерба, а не сами по себе общий размер ущерба или частое совершение нарушений. Для определения окончательного размера ущерба допускается сложение сумм стоимости ущерба, причиненного нескольким субъектам, если такой ущерб охватывался единым умыслом. Когда же должностному лицу ни количество эпизодов, ни размер ущерба, который будет причинен в каждом случае, заранее известны не были, при таком неконкретизированном умысле говорить об общей цели и едином умысле на причинение определенного имущественного ущерба, что является одним из обязательных признаков продолжаемого преступления, нет оснований. Поэтому, когда умысел на совершение последующего деяния возникал у лица каждый раз заново, несколько деяний продолжаемым правонарушением не признаются и сложение сумм ущерба, причиненного в результате каждого из них, не допускается. Каждый эпизод с причинением ущерба необходимо оценивать отдельно как самостоятельное деяние - преступление или проступок в зависимости от наличия или отсутствия обязательных признаков состава преступления. Если ущерб по отдельному эпизоду не превышает размер, соответствующий 250 БВ, т.е. не образует крупный размер, при отсутствии существенного вреда и тяжких последствий содеянное вообще не может быть признано преступлением, а образует только должностной проступок. Таким образом, следует закрепить в УК РБ понятия многоэпизодности и продолжаемости преступлений для правильной квалификации.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 26.06.2003 № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве» определено: «Если взятка в крупном либо в особо крупном размере получена частями, но эти действия представляли собой эпизоды одного продолжаемого преступления, содеянное должно квалифицироваться как получение взятки в крупном либо в особо крупном размере». Для случаев же многоэпизодных злоупотреблений властью или служебными полномочиями, их превышения и бездействия должностного лица подобное правило квалификации нигде не определено. Основываясь на приведенных нормативных разъяснениях указанного Пленума Верховного Суда Республики Беларусь, можно предложить для практического использования формулировку: продолжаемым должностным преступлением, когда допустимы сложение всех размеров ущерба в каждом эпизоде и учет при квалификации общей суммы ущерба, можно считать два (или более) тождественных, т.е. одинаковых, преступных действия (действий), если они совершены при обстоятельствах, свидетельствующих о наличии у лица общей цели и единого умысла на причинение определенного размера имущественного ущерба. Тем самым определяющим для признания нескольких эпизодов должностных нарушений единым продолжаемым преступлением является содержание субъективной стороны: наличие общей цели и единого умысла на причинение определенного размера имущественного ущерба, а не сами по себе общий размер ущерба или частое совершение нарушений. Для определения окончательного размера ущерба допускается сложение сумм стоимости ущерба, причиненного нескольким субъектам, если такой ущерб охватывался единым умыслом. Когда же должностному лицу ни количество эпизодов, ни размер ущерба, который будет причинен в каждом случае, заранее известны не были, при таком неконкретизированном умысле говорить об общей цели и едином умысле на причинение определенного имущественного ущерба, что является одним из обязательных признаков продолжаемого преступления, нет оснований. Поэтому, когда умысел на совершение последующего деяния возникал у лица каждый раз заново, несколько деяний продолжаемым правонарушением не признаются и сложение сумм ущерба, причиненного в результате каждого из них, не допускается. Каждый эпизод с причинением ущерба необходимо оценивать отдельно как самостоятельное деяние - преступление или проступок в зависимости от наличия или отсутствия обязательных признаков состава преступления. Если ущерб по отдельному эпизоду не превышает размер, соответствующий 250 БВ, т.е. не образует крупный размер, при отсутствии существенного вреда и тяжких последствий содеянное вообще не может быть признано преступлением, а образует только должностной проступок. Таким образом, следует закрепить в УК РБ понятия многоэпизодности и продолжаемости преступлений для правильной квалификации.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 26.06.2003 № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве» определено: «Если взятка в крупном либо в особо крупном размере получена частями, но эти действия представляли собой эпизоды одного продолжаемого преступления, содеянное должно квалифицироваться как получение взятки в крупном либо в особо крупном размере». Для случаев же многоэпизодных злоупотреблений властью или служебными полномочиями, их превышения и бездействия должностного лица подобное правило квалификации нигде не определено. Основываясь на приведенных нормативных разъяснениях указанного Пленума Верховного Суда Республики Беларусь, можно предложить для практического использования формулировку: продолжаемым должностным преступлением, когда допустимы сложение всех размеров ущерба в каждом эпизоде и учет при квалификации общей суммы ущерба, можно считать два (или более) тождественных, т.е. одинаковых, преступных действия (действий), если они совершены при обстоятельствах, свидетельствующих о наличии у лица общей цели и единого умысла на причинение определенного размера имущественного ущерба. Тем самым определяющим для признания нескольких эпизодов должностных нарушений единым продолжаемым преступлением является содержание субъективной стороны: наличие общей цели и единого умысла на причинение определенного размера имущественного ущерба, а не сами по себе общий размер ущерба или частое совершение нарушений. Для определения окончательного размера ущерба допускается сложение сумм стоимости ущерба, причиненного нескольким субъектам, если такой ущерб охватывался единым умыслом. Когда же должностному лицу ни количество эпизодов, ни размер ущерба, который будет причинен в каждом случае, заранее известны не были, при таком неконкретизированном умысле говорить об общей цели и едином умысле на причинение определенного имущественного ущерба, что является одним из обязательных признаков продолжаемого преступления, нет оснований. Поэтому, когда умысел на совершение последующего деяния возникал у лица каждый раз заново, несколько деяний продолжаемым правонарушением не признаются и сложение сумм ущерба, причиненного в результате каждого из них, не допускается. Каждый эпизод с причинением ущерба необходимо оценивать отдельно как самостоятельное деяние - преступление или проступок в зависимости от наличия или отсутствия обязательных признаков состава преступления. Если ущерб по отдельному эпизоду не превышает размер, соответствующий 250 БВ, т.е. не образует крупный размер, при отсутствии существенного вреда и тяжких последствий содеянное вообще не может быть признано преступлением, а образует только должностной проступок. Таким образом, следует закрепить в УК РБ понятия многоэпизодности и продолжаемости преступлений для правильной квалификации.

ст. 210 УК РБ «Хищение путем злоупотребления служебными полномочиями» по основному составу имеет одинаковую степень общественной опасности со ст. 211 УК РБ «Присвоение и растрата». Виды и сроки за него в санкции совпадают с установленным наказанием за присвоение либо растрату. Одним из наиболее сложных является вопрос об отграничении хищения, совершаемого путем злоупотребления служебными полномочиями, от смежных преступлений. Оценивая действия должностных лиц, совершивших хищение имущества, находящегося в их непосредственном владении, органы уголовного преследования и суды не всегда учитывают разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21.12.2001 г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» (далее – Постановление № 15), согласно которому, если должностное лицо совершает присвоение вверенного имущества с использованием своих полномочий в отношении похищаемого имущества, то ответственность должна наступать по ст. 210 УК РБ, а когда совершается хищение вверенного имущества без использования таких полномочий – то по ст. 211 УК РБ. В Постановлении № 15 указано, что судам надлежит иметь в виду, что в соответствии с ч. 1 примечаний к главе 24 УК РБ завладение чужим имуществом или правом на него признается хищение лишь в случае, если оно совершено умышленно, противоправно, безвозмездно и с корыстной целью одним из перечисленных в законе способом. В практической деятельности допускались ошибки при квалификации и разграничении преступлений, предусмотренных ст. 209 и ст. 210 УК РБ, чаще всего, когда лицо завладевало денежными средствами, имуществом иных предприятий путем заключения договоров купли-продажи и подряда. При совершении преступления, предусмотренного ст. 210 УК РБ, умысел у виновного на противоправное безвозмездное завладение имуществом возникает, как правило, после того, как имущество уже находилось в его владении по договору. При мошенничестве же умысел виновного на противоправное безвозмездное завладение переданным имуществом возникает еще до его передачи. На практике определенную сложность представляет разграничение таких схожих по субъективной стороне, а именно объединенных формой вины и общим мотивом преступлений, как хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК РБ) и злоупотребление властью или служебными полномочиями, совершенное из корыстных побуждений (ч. 2 ст. 424 УК РБ). В п. 14-15 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21.12.2001 г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» разъясняется: «Хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК РБ) характеризуется использованием должностным лицом своих служебных полномочий для завладения имуществом или приобретения права на него… Злоупотребление служебными полномочиями, которое хотя и было совершено по корыстным мотивам и причинило имущественный вред, однако не связано с безвозмездным завладением имущества (например, сокрытие путем запутывания учета недостачи, образовавшейся в результате служебной халатности, временное пользование имуществом без намерения обратить его в свою собственность, расходование денег на устройство банкетов, приемов и т. п.), не образует состава преступления, предусмотренного ст. 210 УК РБ». По сути, получается, что под ст. 210 УК РБ можно подвести любое лицо, чтобы появилась коррупционная составляющая. Хотя вместо ст. 210 можно применять иные статьи УК РБ, например, такие как 209, 211, 216, 424.

ст. 210 УК РБ «Хищение путем злоупотребления служебными полномочиями» по основному составу имеет одинаковую степень общественной опасности со ст. 211 УК РБ «Присвоение и растрата». Виды и сроки за него в санкции совпадают с установленным наказанием за присвоение либо растрату. Одним из наиболее сложных является вопрос об отграничении хищения, совершаемого путем злоупотребления служебными полномочиями, от смежных преступлений. Оценивая действия должностных лиц, совершивших хищение имущества, находящегося в их непосредственном владении, органы уголовного преследования и суды не всегда учитывают разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21.12.2001 г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» (далее – Постановление № 15), согласно которому, если должностное лицо совершает присвоение вверенного имущества с использованием своих полномочий в отношении похищаемого имущества, то ответственность должна наступать по ст. 210 УК РБ, а когда совершается хищение вверенного имущества без использования таких полномочий – то по ст. 211 УК РБ. В Постановлении № 15 указано, что судам надлежит иметь в виду, что в соответствии с ч. 1 примечаний к главе 24 УК РБ завладение чужим имуществом или правом на него признается хищение лишь в случае, если оно совершено умышленно, противоправно, безвозмездно и с корыстной целью одним из перечисленных в законе способом. В практической деятельности допускались ошибки при квалификации и разграничении преступлений, предусмотренных ст. 209 и ст. 210 УК РБ, чаще всего, когда лицо завладевало денежными средствами, имуществом иных предприятий путем заключения договоров купли-продажи и подряда. При совершении преступления, предусмотренного ст. 210 УК РБ, умысел у виновного на противоправное безвозмездное завладение имуществом возникает, как правило, после того, как имущество уже находилось в его владении по договору. При мошенничестве же умысел виновного на противоправное безвозмездное завладение переданным имуществом возникает еще до его передачи. На практике определенную сложность представляет разграничение таких схожих по субъективной стороне, а именно объединенных формой вины и общим мотивом преступлений, как хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК РБ) и злоупотребление властью или служебными полномочиями, совершенное из корыстных побуждений (ч. 2 ст. 424 УК РБ). В п. 14-15 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21.12.2001 г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» разъясняется: «Хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК РБ) характеризуется использованием должностным лицом своих служебных полномочий для завладения имуществом или приобретения права на него… Злоупотребление служебными полномочиями, которое хотя и было совершено по корыстным мотивам и причинило имущественный вред, однако не связано с безвозмездным завладением имущества (например, сокрытие путем запутывания учета недостачи, образовавшейся в результате служебной халатности, временное пользование имуществом без намерения обратить его в свою собственность, расходование денег на устройство банкетов, приемов и т. п.), не образует состава преступления, предусмотренного ст. 210 УК РБ». По сути, получается, что под ст. 210 УК РБ можно подвести любое лицо, чтобы появилась коррупционная составляющая. Хотя вместо ст. 210 можно применять иные статьи УК РБ, например, такие как 209, 211, 216, 424.

ст. 210 УК РБ «Хищение путем злоупотребления служебными полномочиями» по основному составу имеет одинаковую степень общественной опасности со ст. 211 УК РБ «Присвоение и растрата». Виды и сроки за него в санкции совпадают с установленным наказанием за присвоение либо растрату. Одним из наиболее сложных является вопрос об отграничении хищения, совершаемого путем злоупотребления служебными полномочиями, от смежных преступлений. Оценивая действия должностных лиц, совершивших хищение имущества, находящегося в их непосредственном владении, органы уголовного преследования и суды не всегда учитывают разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21.12.2001 г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» (далее – Постановление № 15), согласно которому, если должностное лицо совершает присвоение вверенного имущества с использованием своих полномочий в отношении похищаемого имущества, то ответственность должна наступать по ст. 210 УК РБ, а когда совершается хищение вверенного имущества без использования таких полномочий – то по ст. 211 УК РБ. В Постановлении № 15 указано, что судам надлежит иметь в виду, что в соответствии с ч. 1 примечаний к главе 24 УК РБ завладение чужим имуществом или правом на него признается хищение лишь в случае, если оно совершено умышленно, противоправно, безвозмездно и с корыстной целью одним из перечисленных в законе способом. В практической деятельности допускались ошибки при квалификации и разграничении преступлений, предусмотренных ст. 209 и ст. 210 УК РБ, чаще всего, когда лицо завладевало денежными средствами, имуществом иных предприятий путем заключения договоров купли-продажи и подряда. При совершении преступления, предусмотренного ст. 210 УК РБ, умысел у виновного на противоправное безвозмездное завладение имуществом возникает, как правило, после того, как имущество уже находилось в его владении по договору. При мошенничестве же умысел виновного на противоправное безвозмездное завладение переданным имуществом возникает еще до его передачи. На практике определенную сложность представляет разграничение таких схожих по субъективной стороне, а именно объединенных формой вины и общим мотивом преступлений, как хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК РБ) и злоупотребление властью или служебными полномочиями, совершенное из корыстных побуждений (ч. 2 ст. 424 УК РБ). В п. 14-15 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21.12.2001 г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» разъясняется: «Хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК РБ) характеризуется использованием должностным лицом своих служебных полномочий для завладения имуществом или приобретения права на него… Злоупотребление служебными полномочиями, которое хотя и было совершено по корыстным мотивам и причинило имущественный вред, однако не связано с безвозмездным завладением имущества (например, сокрытие путем запутывания учета недостачи, образовавшейся в результате служебной халатности, временное пользование имуществом без намерения обратить его в свою собственность, расходование денег на устройство банкетов, приемов и т. п.), не образует состава преступления, предусмотренного ст. 210 УК РБ». По сути, получается, что под ст. 210 УК РБ можно подвести любое лицо, чтобы появилась коррупционная составляющая. Хотя вместо ст. 210 можно применять иные статьи УК РБ, например, такие как 209, 211, 216, 424.

ст. 210 УК РБ «Хищение путем злоупотребления служебными полномочиями» по основному составу имеет одинаковую степень общественной опасности со ст. 211 УК РБ «Присвоение и растрата». Виды и сроки за него в санкции совпадают с установленным наказанием за присвоение либо растрату. Одним из наиболее сложных является вопрос об отграничении хищения, совершаемого путем злоупотребления служебными полномочиями, от смежных преступлений. Оценивая действия должностных лиц, совершивших хищение имущества, находящегося в их непосредственном владении, органы уголовного преследования и суды не всегда учитывают разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21.12.2001 г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» (далее – Постановление № 15), согласно которому, если должностное лицо совершает присвоение вверенного имущества с использованием своих полномочий в отношении похищаемого имущества, то ответственность должна наступать по ст. 210 УК РБ, а когда совершается хищение вверенного имущества без использования таких полномочий – то по ст. 211 УК РБ. В Постановлении № 15 указано, что судам надлежит иметь в виду, что в соответствии с ч. 1 примечаний к главе 24 УК РБ завладение чужим имуществом или правом на него признается хищение лишь в случае, если оно совершено умышленно, противоправно, безвозмездно и с корыстной целью одним из перечисленных в законе способом. В практической деятельности допускались ошибки при квалификации и разграничении преступлений, предусмотренных ст. 209 и ст. 210 УК РБ, чаще всего, когда лицо завладевало денежными средствами, имуществом иных предприятий путем заключения договоров купли-продажи и подряда. При совершении преступления, предусмотренного ст. 210 УК РБ, умысел у виновного на противоправное безвозмездное завладение имуществом возникает, как правило, после того, как имущество уже находилось в его владении по договору. При мошенничестве же умысел виновного на противоправное безвозмездное завладение переданным имуществом возникает еще до его передачи. На практике определенную сложность представляет разграничение таких схожих по субъективной стороне, а именно объединенных формой вины и общим мотивом преступлений, как хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК РБ) и злоупотребление властью или служебными полномочиями, совершенное из корыстных побуждений (ч. 2 ст. 424 УК РБ). В п. 14-15 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21.12.2001 г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» разъясняется: «Хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК РБ) характеризуется использованием должностным лицом своих служебных полномочий для завладения имуществом или приобретения права на него… Злоупотребление служебными полномочиями, которое хотя и было совершено по корыстным мотивам и причинило имущественный вред, однако не связано с безвозмездным завладением имущества (например, сокрытие путем запутывания учета недостачи, образовавшейся в результате служебной халатности, временное пользование имуществом без намерения обратить его в свою собственность, расходование денег на устройство банкетов, приемов и т. п.), не образует состава преступления, предусмотренного ст. 210 УК РБ». По сути, получается, что под ст. 210 УК РБ можно подвести любое лицо, чтобы появилась коррупционная составляющая. Хотя вместо ст. 210 можно применять иные статьи УК РБ, например, такие как 209, 211, 216, 424.

ст. 210 УК РБ «Хищение путем злоупотребления служебными полномочиями» по основному составу имеет одинаковую степень общественной опасности со ст. 211 УК РБ «Присвоение и растрата». Виды и сроки за него в санкции совпадают с установленным наказанием за присвоение либо растрату. Одним из наиболее сложных является вопрос об отграничении хищения, совершаемого путем злоупотребления служебными полномочиями, от смежных преступлений. Оценивая действия должностных лиц, совершивших хищение имущества, находящегося в их непосредственном владении, органы уголовного преследования и суды не всегда учитывают разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21.12.2001 г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» (далее – Постановление № 15), согласно которому, если должностное лицо совершает присвоение вверенного имущества с использованием своих полномочий в отношении похищаемого имущества, то ответственность должна наступать по ст. 210 УК РБ, а когда совершается хищение вверенного имущества без использования таких полномочий – то по ст. 211 УК РБ. В Постановлении № 15 указано, что судам надлежит иметь в виду, что в соответствии с ч. 1 примечаний к главе 24 УК РБ завладение чужим имуществом или правом на него признается хищение лишь в случае, если оно совершено умышленно, противоправно, безвозмездно и с корыстной целью одним из перечисленных в законе способом. В практической деятельности допускались ошибки при квалификации и разграничении преступлений, предусмотренных ст. 209 и ст. 210 УК РБ, чаще всего, когда лицо завладевало денежными средствами, имуществом иных предприятий путем заключения договоров купли-продажи и подряда. При совершении преступления, предусмотренного ст. 210 УК РБ, умысел у виновного на противоправное безвозмездное завладение имуществом возникает, как правило, после того, как имущество уже находилось в его владении по договору. При мошенничестве же умысел виновного на противоправное безвозмездное завладение переданным имуществом возникает еще до его передачи. На практике определенную сложность представляет разграничение таких схожих по субъективной стороне, а именно объединенных формой вины и общим мотивом преступлений, как хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК РБ) и злоупотребление властью или служебными полномочиями, совершенное из корыстных побуждений (ч. 2 ст. 424 УК РБ). В п. 14-15 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21.12.2001 г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» разъясняется: «Хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК РБ) характеризуется использованием должностным лицом своих служебных полномочий для завладения имуществом или приобретения права на него… Злоупотребление служебными полномочиями, которое хотя и было совершено по корыстным мотивам и причинило имущественный вред, однако не связано с безвозмездным завладением имущества (например, сокрытие путем запутывания учета недостачи, образовавшейся в результате служебной халатности, временное пользование имуществом без намерения обратить его в свою собственность, расходование денег на устройство банкетов, приемов и т. п.), не образует состава преступления, предусмотренного ст. 210 УК РБ». По сути, получается, что под ст. 210 УК РБ можно подвести любое лицо, чтобы появилась коррупционная составляющая. Хотя вместо ст. 210 можно применять иные статьи УК РБ, например, такие как 209, 211, 216, 424.